«У нас искажена система стимулов»
Технологии стремительно сменяют друг друга, и иногда действительно начинаешь верить, что интернет может решить почти все проблемы в мире. Даже те, которые касаются таких тонких сфер, как образование и формирование человеческих ценностей. Но глобальная сеть не панацея, а зачастую источник новых проблем современности. К чему приводит то, что наше сознание не поспевает за техническим прогрессом, и почему всеобщий доступ к информации не помогает снизить уровень мракобесия, «Компаньон magazine» поговорил с экономическим обозревателем, организатором публичных лекций и дискуссий Борисом Грозовским.
— Борис, совместно с коллегами вы сделали очень интересный проект для Republic «Главные книги XXI века» — подобрали нон-фикшн по 15 темам современности, выраженным в литературе. Какие вопросы вы бы выделили как наиболее актуальные в наше время?
— У каждого времени есть свои темы, которые кажутся особенно важными. Например, в последний год актуальной стала тема «Истина, правда и после правды». Она стала волновать интеллектуалов в момент американской предвыборной кампании, когда практически каждое слово Трампа было ложью, но это только добавляло ему политических очков. Похожие политики появились во Франции и Германии. Возник вопрос: почему, несмотря на существование нормальной аналитики, профессиональной журналистики, когда все факты и утверждения можно проверить, политики лгут и им это сходит с рук?
В эту рубрику, например, попала замечательная книжка Брайана Каплана «Миф о рациональном избирателе». Каплан пытается понять, насколько рационально действуют люди, когда они голосуют. Делают выбор исходя из их экономических интересов или подчиняясь другим механизмам: харизме лидера, эмоциональной симпатии и т. д.
— В перечне тем, которые вы выделили, есть и такие, которые были актуальны в другие эпохи. Например, «Память и беспамятство». Почему вы считаете эту тему важной для современности?
— Особенно актуальной эта тема стала после Второй мировой войны, после опыта Холокоста, сталинских репрессий. У народов появился большой исторический опыт, связанный с травмой. Этот опыт сложно пережить, в каком-то смысле даже сложно признать своим. То есть сложно сказать: «Мой дедушка был участником преступлений против человечности». Сложно признаться самому себе, что одно-два поколения назад в стране был режим, построенный на унижении человеческого достоинства. И дальше начинается, например, опыт послевоенной Германии — опыт раскаяния, вины, попытка на уровне всех общественных институтов выстроить такие механизмы, которые не позволят ещё раз так одурманить весь народ.
Основные книжки по проблеме памяти — по немецкой, французской историографии — появились в начале 1980-х годов, а у нас чуть позже. Например, работа филолога и историка Александра Эткинда «Кривое горе: Память о непогребённых» вышла три года назад.
— В чём нет сомнений, так это в том, что для XXI века важна тема новых технологий. У вас она сформулирована так: «Апокалипсис сегодня — технология, утопия и антиутопия». Почему вы решили посмотреть на этот вопрос в таком разрезе?
— Утопии и антиутопии люди сочиняют достаточно давно. То, что изменилось сейчас, — резкое ускорение технического прогресса. Во-первых, промежуток между приходом одной новой технологии, которая сильно меняет мир, и приходом следующей технологии, которая опять же сильно меняет мир, сильно сократился. Во-вторых, резко уменьшилось время, которое необходимо для того, чтобы новая технология прошла путь от этапа придумывания до этапа широкого распространения. Хрестоматийный пример: между открытием электричества и моментом, когда оно пришло в каждый дом России, прошло порядка 140 лет. Сейчас всё происходит намного быстрее. Интернет как способ связи был открыт в 1980-х и уже четверть века спустя стал всеобщим.
Утопии и антиутопии как попытки угадать траекторию развития жизни сейчас становятся более актуальными, чем в то время, когда изменения происходили медленно. Сейчас очень часто, даже когда технология открыта, совершенно неизвестно, как в реальности она изменит экономические и социальные формы организации жизни.
Например, мы более-менее понимаем, что могут, а чего не могут роботы, как они устроены. Но мы совершенно не знаем, как изменится социально-экономическая ткань жизни, когда производство станет роботизировано не на отдельных участках, как это сейчас происходит, а повсеместно. Что произойдёт с рабочей силой?
Сейчас и Россия, и другие страны с развитой экономикой привыкли к тому, что уровень безработицы не превышает 10%, а держится на уровне 5—7% от числа желающих работать. Когда несколько лет назад в Испании в разгар кризиса безработица доходила до 25%, а среди молодёжи от 25 до 30 лет — почти до 50%, в стране было очень неспокойно. При таком уровне безработицы современное общество не знает, как сохранить устойчивость политической системы.
Теперь представим себе, что всю механическую работу делают машины, какая у нас при этом будет безработица? Это может быть 20, 30 или 50%. Это невозможно спрогнозировать.
— Кажется, что государство осознаёт такие риски, поэтому мы и не видим стремительного замещения людей роботами на производствах, где это уже возможно.
— Да, государство может придумывать бесполезные работы: ты копаешь траншею, а другой рабочий её закапывает. Все счастливы — два рабочих места созданы. Но в реальности эта работа никому не нужна. Государство несёт расходы, а кто их «оплачивает»? Нужно увеличивать налогообложение, а как вы его увеличите, если работать нужно меньше?
Если в обозримом будущем машины будут делать существенную часть работы, которую сейчас делают люди, то остальным нужно как минимум обеспечить какой-то уровень дохода, который позволит им не умереть с голода. Так появилась концепция базового дохода. Есть эксперименты на уровне отдельных городов, провинций и даже стран, где каждый имеет гарантированный доход в размере 400—600 евро или долларов, которого достаточно для жизни.
Но не очень понятно, как от этого изменится жизнь. У нас же пока мало людей свободных профессий. Люди привыкли вставать рано утром, ехать на работу, где строго определён график. Это создаёт какой-то порядок в жизни. Каким будет социальное устройство, когда половина этих рабочих мест не будут нужны? Чем эти люди будут заниматься?
В развитых странах на протяжении последних 80 лет стабильно сокращается количество времени, которое люди уделяют работе. Неслучайно во многих европейских странах сложно найти магазины, работающие по выходным, после обеда сиеста. Когда человек понимает, что можно обеспечить семью, работая по 20—30 часов в неделю, он постепенно начинает по-другому выстраивать структуру жизни. У людей появляется время на второе или третье образование, занятия с семьёй, путешествия, резко возрастает волонтёрская активность. В странах, в которых развито гражданское общество, людям есть чем заняться, потому что они вовлечены во множество разных организаций, у которых есть дела на местном уровне: общины, собрания и т. д. И когда такие люди начинают меньше работать, они от этого не становятся асоциальными.
У нас же, по опыту начала 1990-х годов, всё происходит несколько иначе. В Екатеринбурге, например, когда крупные предприятия типа «Уралмаша» высвободили большое количество рабочей силы, это привело к массовому подъёму организованных преступных группировок. То есть людей вытолкнули из легальной занятости, и они пошли в альтернативные сообщества, где жизнь тоже структурирована по правилам, но совершенно другим.
— В одной из своих статей вы сравнивали ценности в разных странах. Как вы считаете, интернет способен уравнять ценности или сформировать новые, единые для всего мира?
— Исследования ценностей проводят и на европейском, и на всемирном уровне. Они говорят нам о том, что россияне и жители других постсоветских стран в сравнении с жителями Европы, США, Канады, Австралии менее альтруистичны. Во многом это обусловлено советским и постсоветским опытом. Тем, что СССР был коллективистским государством. С момента развала СССР любая коллективность оказывалась для жителей постсоветских стран дискредитируемой. Это сделало людей в большей степени индивидуалистами и в меньшей степени альтруистами, которые готовы заботиться о детях, стариках, животных, экологии и т. д. Мы намного больше ориентированы на личный успех, чем на помощь другим.
Неправильно было бы сказать, что мы консерваторы. Традиционные ценности в России распространены меньше, чем во многих азиатских странах и даже в США. Но одновременно с этим для многих людей характерно неприятие нового, страх перед изменениями.
Это основные ценностные отличия. Способен ли интернет это всё сгладить? С одной стороны, интернет и глобализация экономики многое меняют: мы начинаем есть ту же самую еду, одеваться в ту же самую одежду, что и жители развитых стран. У нас те же самые привычки, мы смотрим те же самые сериалы, слушаем ту же самую музыку. Всё это имеет своё влияние. Но я боюсь тут оказаться оптимистом. Например, у носителей английского языка нет вообще никаких проблем с доступом к информации. Но это совершенно не мешает распространённости довольно диких суеверий, предрассудков и мифов.
Всё-таки национальное самосознание во многом статично. Это отчасти связано с тем, что за последние десятилетия не только технологии, но и социальная жизнь стала меняться во всём мире быстрее, чем до этого. Сознание за этими изменениями не успевает. Антимигрантские настроения в Европе связаны не только со всплеском терактов в последние годы. У людей стал нарушаться привычный ритм жизни: какие-то чужаки в массовом порядке появляются в соседних кварталах, у них иначе организована жизнь, у них другая вера, они приносят с собой свои обычаи, традиции, формы жизни. Мультикультурализм стал идеологией в западных либеральных университетах, но он не стал идеологией, принятой массовым сознанием. В какой-то момент обыватели начинают возмущаться тем, что жизнь меняется быстрее, чем им бы хотелось. То же самое касается отношения к ЛГБТ-сообществам. То, что стало социально узаконенной нормой, сознание ещё не может принять.
— Вы говорите, что доступ к информации открыт, а суеверия и предрассудки продолжают процветать. В России в последние годы появляется много новых бесплатных просветительских проектов, в том числе в интернете, но нельзя сказать, что они пользуются широким спросом. Почему у людей отсутствует мотивация узнавать что-то новое? Не оттого ли, что они не знают, что потом делать с новыми знаниями? Это как высшее образование, которое в нашей стране вовсе не является гарантом хорошей работы и успешной карьеры.
— В России так называемая образовательная премия есть. Просто она у нас намного меньше, чем в США или Европе. У людей с высшим образованием вероятность попасть в число 25% самых низкооплачиваемых работников значительно ниже. Люди с высшим образованием редко работают дворниками, грузчиками, кассирами в супермаркете. То есть маленькая премия в районе 10% всё-таки есть. Зато те, у кого нет оконченного среднего образования, получают значительно меньше, чем те, у кого оно есть. То есть сейчас среднее образование — это как в XIX веке была грамотность.
Конечно же, у нас абсолютно искажены стимулы. Взять ту же самую Америку: у выпускников Йельского университета, Принстона или Гарварда есть большое преимущество в сравнении с выпускниками второразрядных университетов. Прибавка к зарплате будет большая. У нас это работает на уровне буквально нескольких вузов — МГИМО, ряда факультетов НИУ ВШЭ. В остальном и качество образования низкое, и образовательная премия очень маленькая.
Абсолютно понятно, что спрос на просвещение низкий, потому что людям совершенно непонятно, что с этим делать дальше. Разве что удовлетворять собственную любознательность. Я не знаю, можем ли мы с этим что-то сделать.
С тем, что люди не особо мотивированы заниматься просвещением, ходить на лекции, читать книжки и так далее, ещё можно примириться. Для экономики более трагично другое, и это хорошо видно по соцопросам: год от года всё меньшее число людей думает о том, чтобы открыть свой бизнес. В отличие от жителей развитых стран мы не мечтаем о том, чтобы скопить стартовый капитал и заняться делом, которое будет приносить одновременно и удовольствие, и доход. Потому что мы понимаем, с какими налогами, рисками, связанными с потерей бизнеса в результате действий либо конкурентов, либо силовых структур, мы столкнёмся.
Зато всё большее количество людей мечтает устроиться в большую госкорпорацию либо поступить на госслужбу. В условиях, когда люди не мотивированы к открытию своего дела, а мечтают о том, чтобы устроиться на госслужбу, экономика не может быстро развиваться. У нас за последние девять лет рост ВВП в общей сложности меньше 5% — примерно на уровне 0,5—0,6% в год на протяжении 2009—2017 годов. К слову, рост ВВП менее 5% в год вообще не ощутим на бытовом уровне.
В Прикамье начали работать пункты сбора подписей в поддержку Владимира Путина
С 9 по 12 января в Прикамье будут работать пункты сбора подписей в поддержку самовыдвижения Владимира Путина кандидатом в президенты РФ.
В Перми пункты расположены в торговом центре «Колизей-Атриум» (ул. Ленина, 60), в выставочном центре «Пермская ярмарка» (шоссе Космонавтов, 59), Общественных центрах Свердловского (ул. Павла Соловьёва, 1) и Мотовилихинского (ул. Крупской, 22) районов, а также в торговом центре «Семь чудес» (ул. Ласьвинская, 37, ул. Автозаводская, 23).
В Березниках оставить свою подпись в поддержку Владимира Путина можно в торговом центре «ЦУМ» (ул. Пятилетки, 41), в Губахе — в торговом комплексе «Губаха» (ул. Дегтярева, 5), в Чернушке — в торговом центре «Юбилейный» (ул. Юбилейная, 34).
Все пункты работают с 12.00 до 20.00. Свои подписи в любом из указанных мест могут поставить граждане РФ, зарегистрированные на территории Пермского края, при наличии паспорта.
Напомним, в соответствии с действующим законодательством кандидат в президенты РФ для участия в выборах должен собрать не менее 300 тыс. подписей в свою поддержку, из них 7,5 тыс. подписей — в Пермском крае.
Замначальника МЧС в Прикамье: «Эвакуированный дом ещё и нас переживёт»
Сегодня, 9 января, первый заместитель начальника ГУ МЧС России по Пермскому краю Владислав Мормуль рассказал, что обрушение грозит не самому дому, а лестничной клетке.
«Дом купеческий, двухэтажный, кирпичный, 1825 года постройки. Он ещё и нас переживёт. В советские времена к нему сделали кирпичный пристрой, где оборудовали лестничные марши. Самому дому ничего не сделалось, а у пристроя повело фундамент. Соответственно, свежая кирпичная кладка, которую положили в прошлом веке, начала потихоньку крошиться — кирпичи вовнутрь и наружу выпадывают. То есть, жители могут получить травму, когда пытаются попасть в своё законное жильё или из него выйти. А в самих квартирах никакой угрозы нет. И таких домов в Перми немало. Эта трещина на доме с 2005 года, уже 12 лет. И за это время никого там не прибило, не засыпало. Всё немного преувеличено», — отметил эксперт.
Также Владислав Мормуль сообщил, что ситуация с расселением осложняется тем, что дом частный.
«Муниципалитет не вправе вкладывать деньги на обследование такого дома, чтобы признать его аварийным и потом выселить граждан в судебном порядке. Если бы это было муниципальное жилье, было бы намного проще. Сейчас муниципалитет решает, как признать дом аварийным. Потому что, если он проведёт обследование в частном жилье за свои деньги, контрольно-счётная палата ему предъявит нецелевое расходование средств», — пояснил полковник внутренней службы.
На данный момент жильцам предоставлено жильё в маневренном фонде. По словам Владислава Мормуля, 11 января пройдет заседание комиссии по чрезвычайным ситуациям Мотовилихинского района, на которое пригласят всех четырёх жильцов эвакуированного дома. «Эти вопросы с ними будут обсуждаться и вырабатываться дальнейшие решения», — добавил заместитель начальника ГУ МЧС России по Пермскому краю.
Костромских дизайнеров приглашают к разработке проектов по благоустройству парка в Заволжье и Парка Победы
Благоустройство парка в Заволжье и Парка Победы начнется в этом году, поучаствовать в этом может любой желающий. Предложить собственные проекты для этих общегородских территорий могут как частные лица, так и организации, — докладывает пресс-служба горадминистрации.
Для каждого проекта действует ряд требований. К примеру, максимальная благоустраиваемая площадь в заволжском парке должна быть пять гектаров, в Парке Победы – десять.
Также благоустройство должно быть комплексным, обустраиваемая территория должна иметь статус общественной, стоимость работ по проекту не должна превышать заложенного на эти цели бюджета – 40 млн. рублей, дизайнер должен по максимуму сохранить естественный ландшафт и зеленые насаждения благоустраиваемой территории. Кроме того, важно учитывать, что обновленные парки должны быть интересны как можно большему количеству горожан и иметь перспективу всесезонного использования.
Проекты нужно выполнить на подоснове в М 1:2000 в графических программах типа ArchiCAD, AutoCAD и т.д.
Вся необходимая дизайнерам документация предоставляется в Управлении архитектуры и градостроительства по адресу: пл. Конституции, 2, каб. 406, в будни с 9.00 до 13.00 и с 14.00 до 18.00 чч.
Готовые проекты принимаются с сегодняшнего дня и вплоть до 9 февраля в Администрации г. Костромы по адресу: ул. Советская, 1, каб. 218, в будни с 9.00 до 13.00 и с 14.00 до 18.00 чч.
Лучшие проекты для обоих парков будут представлены для открытого голосования, запланированного на 18.03.2018 г.
«Перммяч» посетили 250 тысяч жителей Прикамья
Напомним, ледовый комплекс «Перммяч», посвященный Чемпионату мира по футболу, который пройдет в 2018 году в России, открылся 30 декабря 2017 года. В этот же вечер его посетили три тысячи пермяков.
В Новогоднюю ночь в ледовом городке состоялась тематическая шоу-программа с участием «Дедов Морозов» из разных стран, она собрала порядка 60 тыс. жителей Прикамья и гостей региона.
3 января в ледовом комплексе началась программа новогодних каникул. Гости городка могли познакомиться с культурой разных стран, сделать фото на память с Дедом Морозом. На площадке для мини-футбола проходили спортивные матчи среди любителей.
Также в каникулы впервые в Перми состоялся фестиваль «Кубок Огня». В нем приняли участие команды «Астерия» (Березники), «Kia Ora» (Магнитогорск), «Тандава» (Екатеринбург), «Ханаби» (Киров), а также пермские театры — «Игры пламени» и «Пермское веерное общество «Теплота».
7 января в ледовом городке прошла праздничная рождественская программа. В этот день «Перммяч» посетили около 35 тыс. гостей. Жителей и гостей города поздравили представители городских властей, Пермской епархии, а также лучшие артисты и творческие коллективы краевой столицы. Кроме того, в городке установили Рождественский вертеп по эскизу художника Ларисы Каменских, который будет находиться в комплексе до 19 января.
В общей сложности за всё время с момента открытия «Перммяч» посетили 250 тыс. гостей, с электронных инфокиосков было отправлено более 5 тыс. открыток и видеопоздравлений. При этом чрезвычайных происшествий зарегистрировано не было.
Источник — пресс-служба администрации губернатора Пермского края
Костромские школьники отлично выступили на новогоднем концерте в Кремле
В Сводном Детском хоре России выступают 10 костромичей. Накануне наши юные земляки отлично продемонстрировали свой талант на главной сцене страны – в Государственном Кремлевском дворце – в ходе праздничного концерта «Зимняя сказка», прошедшем в рамках заседания Госсовета РФ, — докладывает пресс-служба горадминистрации.
Музыкальное сопровождение хору обеспечивал Симфооркестр Минобороны РФ. Дети исполнили лучшие и самые популярные российские новогодние песни из репертуара как для взрослых, так и для детей.
На выступлении присутствовал Президент Путин, члены Госсовета, известные российские политики и общественники.
В новогодние праздники в Прикамье произошло 56 пожаров
Первый заместитель начальника ГУ МЧС России по Пермскому краю Владислав Мормуль сообщил, что с 31 декабря 2017 года по 8 января 2018 года в Прикамье произошло 56 пожаров, что ниже уровня прошлого года и средних многолетних значений.
«К сожалению, на этих пожарах погибло 10 человек. Произошло три случая групповой гибели: 31 декабря — двое человек в Краснокамском районе, 1 января — семья в Гайнском районе, и 8 января — семья в Кунгурском районе. Дознаватели установили, что причиной всех трёх пожаров стало неосторожное обращение с огнём при курении. Причём дознаватели констатируют, что граждане в этот момент находились в нетрезвом состоянии. Поэтому можно сказать, что чрезмерное увлечение праздничными мероприятиями, бесконтрольное употребление спиртных напитков приводит к таким печальным последствиям. Особенно печально, что 1 января на пожаре в Гайнском районе погиб мальчик 2014 года рождения», — добавил полковник внутренней службы.
Также в ночь с 1 на 2 января в пятиэтажном жилом доме в Краснокамске из-за короткого замыкания загорелась гирлянда на искусственной ёлке.
«Семья, видимо, сразу этого не заметила. Когда они обнаружили пожар, ёлка уже горела, и загорались шторы. Соответственно, самостоятельно потушить пожар они не смогли, и были вынуждены эвакуироваться. Никто не пострадал, только квартира и имущество», — пояснил Владислав Мормуль.
При этом замначальника ГУ МЧС России по Пермскому краю отметил, что, к сожалению, жильцы сгоревшей квартиры не смогли вспомнить марку гирлянды и магазин, где её приобрели. «А сейчас дознавателям сложно квалифицировать, что это было за изделие», — констатировал эксперт.
Под Кингисеппом «Нива» перевернулась на крышу, пострадал водитель
В деревне Калливере "Шевроле Нива" перевернулась на крышу, пострадал водитель.
По данным Online47.ru, автомобиль перевернулся на крышу. Водителя доставили в Кингисеппскую межрайонную больницу с травмами.
В МЧС сообщение об аварии поступило в 14.06. Обстоятельства ДТП уточняются.
Фото: интернет
Источник: online47.ru
Все вступившие в 2017 году в законную силу решения по искам ИГЖН – в её пользу
В 2017 году Инспекция государственного жилищного надзора инициировала 126 исковых заявления в суды общей юрисдикции на территории Пермского края с целью устранить нарушения, выявленные в ходе проверок соблюдения обязательных требований. По итогам 2017 года 100% вступивших в законную силу судебных актов по искам ИГЖН вынесены в пользу ведомства.
Так, например, инспекция обратилась в суд с заявлением о возложении обязанности по устранению выявленных нарушений, допущенных при содержании общего имущества собственников помещений в многоквартирных домах Перми и Пермского края. По итогам рассмотрения судами споров во всех случаях приняты решения об удовлетворении заявленных инспекцией требований.
Также через суд инспекция пресекла попытки незаконного удержания ООО «УК «Лидер» технической документации на многоквартирный дом № 13 по ул. 10-я линия в Перми, ООО «УК «Моторостроитель» — на многоквартирные дома № 12 по ул. Героев Хасана и № 6 по ул. Соловьева.
По иску ведомства Орджоникидзевским районным судом города Перми ликвидировано ТСЖ «Гайвинская, 6», что решило проблему выставления «двойных» платёжных документов собственникам помещений в многоквартирном доме. Кроме того, в 2017 году по заявлениям инспекции были восстановлены нарушенные права отдельных граждан, сообщает пресс-служба ведомства.
Отметим, что исполнение судебных актов находится на контроле Федеральной службы судебных приставов и Инспекции государственного жилищного надзора Пермского края.
На последнем рубеже
На здании, которое выкрашено в жизнерадостный зелёный цвет, нет таблички. Кому надо, тот знает, что здесь находится последний рубеж жизни, место, где закрывают глаза навсегда и говорят последнее прости. Главное, здесь можно умереть достойно — без боли и ненужных страданий. Поэтому, несмотря на свой профиль — он создан для безнадёжных больных в последней стадии, — люди мечтают сюда попасть.
— Мужское место одно нужно срочно! — медсестра заглядывает в кабинет врача.
Но мест нет — ни мужских, ни женских. Никто не умер и никто не выписался. Очередь на госпитализацию сюда сейчас составляет в среднем 12 дней, при том что законом предусмотрено 30-дневное ожидание: её удалось снизить с помощью огромного количества усилий. Но всё равно время от времени сюда приезжают родственники с деньгами, чтобы устроить своего больного в одноместную палату, и очень удивляются тому, что остались места, где деньги не имеют силы.
С другой стороны, каждый год есть несколько случаев, когда в хоспис привозят труп: лечащий врач неверно оценил состояние больного и человек умирает в пути.
Смерть должна бы стоять тут за каждым углом — в год умирает около 200 пациентов пермского хосписа, но здесь всё про жизнь. На стенах картины: одна из художественных выставок после закрытия полностью переместилась в коридоры хосписа. Даже есть пейзаж самого Исмагилова!
Скоро вокруг хосписа можно будет гулять: волонтёры выиграли грант, привезли землю, заасфальтировали дорожки, а студенты Пермского строительного колледжа составили проект ландшафтного дизайна. Там даже беседка будет и место для курения. В лечебном учреждении курить нельзя категорически. Но в хосписе врачи считают так: это, может, последняя сигарета у него в жизни. Как я ему запрещу?! Если он всю жизнь курил.
Постельное бельё здесь в цветочек — его послал фонд помощи хосписам «Вера», с которым пермяки очень дружат. Они же прислали чудо-кровать, на которой лежачего больного можно помыть. Вы и представить себе не можете, что ощущает человек, который долгое время был обездвижен, и вот его наконец моют! Это он ходить не может, а радость ощущать — вполне! Да и не болит уже ничего: обезболивают в пермском хосписе виртуозно, согласно всем последним научным разработкам.
«Каждый участковый должен знать и уметь качественно обезболивать онкологических больных, но нет, к нам так часто поступают пациенты с болью! — заместитель главного врача пермского хосписа Максим Савинов произносит эти слова вроде бы спокойно, но это на самом деле рык. — Некоторым участковым лучше бы квалификацию-то повысить».
Есть в хосписе и многофункциональные кровати, которые стоят, как однокомнатная квартира. «Нам позвонили, спросили: «Не нужна ли кровать?» Мы сказали: «Нужна». «Приезжайте, забирайте». Мы приехали и забрали», — так безыскусно рассказывается об истории появления одной из таких кроватей. Пациент, лёжа на ней, может сам поменять положение тела, нажав на кнопочки. Для здорового человека это ерунда, а для того, чей мир на много дней, а то и месяцев сузился до участка стены, это огромный прогресс и улучшение качества жизни.
Впрочем, месяцами здесь не залёживаются — через 30 дней, каким бы ни было состояние, людей выписывают домой.
И тут… Да тут разные бывают варианты. Месяц прошёл, а больную мать сын из хосписа не хочет забирать домой. Он её пенсию уже пропил, а следующая только через месяц. В общем, даже на телефонные звонки не отвечает. Позвонили другим родственникам, а они говорят: «Ничем не можем вам помочь». Им. Врачам хосписа. Они не могут помочь.
Вообще, чего только не видели врачи и медсёстры пермского хосписа в своей жизни: тут, как на рентгене, видна вся подноготная, вся изнанка жизни, её скелет. Накал у повседневной жизни хосписа — как в шекспировских пьесах, да только тут взаправду всё: после смерти не выйдут действующие лица на поклон.
Поэтому психотерапевты в этом учреждении не задерживаются: «пробки вышибает» у самых закалённых, с коммерческой точки зрения выгоднее «простых» пациентов брать. Кроме того, специфику выдерживают не все врачи и не все медсёстры.
Тем не менее у пермского хосписа есть и свои ветераны: 15 лет, с самого начала, здесь работают врачи-терапевты Василий Меньшенин и Максим Савинов, старшая медсестра Елена Бакланова, сестра-хозяйка Анна Агеева, постовая медсестра Надежда Лошкарёва, буфетчица Тамара Дворова. При этом, когда начинали, была такая нищета, что стеснялись иностранных гостей в хоспис пустить: пациентам кашу эмалированной кружкой наливали — черпака не было!
Строго говоря, пермскому хоспису совсем не 15 лет, а гораздо больше: общественная благотворительная организация «Хоспис» была создана ещё в июне 1994 года — одним из её учредителей был сам академик Евгений Вагнер, а матерью-основательницей по праву считается врач Наталья Переверзева. Это она, вдохновлённая идеями первопроходцев паллиативной помощи страны и мира, стала заведующей первым в регионе хосписом, который в 1995 году открылся в одноэтажном здании в Верхней Курье. К 2000 году от того хосписа осталась только выездная служба.
Но к этому времени тема паллиативной помощи уже набрала силу, доказав свою необходимость. Хоспис передали в состав городской больницы №21, и 1 декабря 2002 года считается его новым днём рождения.
Второму хоспису более повезло, чем первому: он «попал в струю». «Паллиативка» сейчас одно из самых «модных» направлений, опять же адмиралы начали стреляться от отсутствия обезболивания, и потому система хосписов стала развиваться во всей стране. Благодаря этому пермский хоспис получил и должное внимание, и, самое важное, финансирование. Более того, в планах пермского хосписа — расширение. Уже смонтирована часть лифта-подъёмника на второй этаж и идёт подготовка к возобновлению выездной службы.
Светлана Окулова, заведующая пермским хосписом:
— Поделать ничего нельзя, количество людей, которым нужен хоспис, растёт. По расчётам, в Перми должно быть 60 коек, а в наличии всего 25, и те всегда заняты. Поэтому мы планируем увеличить количество коек в ближайшее время до 30. К слову, не всем нужно пребывание в хосписе. Кто-то хочет быть дома. Нужно уважать это желание. Кого-то, к сожалению, просто не сможем довезти — уже нетранспортабельны. Поэтому важно, чтобы работала выездная служба. Как минимум мы сможем научить родственников самым необходимым действиям.
Что ещё отличает пермский хоспис от других лечебных учреждений города? Тут людей не больными называют, а по имени-отчеству, и наших пуганных казённой медициной людей это так изумляет, что они привыкнуть долго к этому не могут.
Ещё тут возможен такой монолог врача: «Как можно санитарке чай пить, когда человек уже три минуты в грязном памперсе лежит?! Меня это очень возмущает».
И ещё тут к разным инструкциям относятся не так строго, как везде.
Жила-была Настя 25 лет, маленькая, худенькая, как птичка. Метастазы в бедро пошли, поэтому ногу ей ампутировали. В хосписе она лежала, по понятной причине, как безнадёжная. Тут все знают, что их ждёт. Настя вышла в коридор с костылями, стоит и плачет.
— Что плачешь, Настя? — спрашивает доктор.
— Я вообще плачу. Можно я кошечку свою сюда принесу?
— Да хоть собачку!
И привезли ей её кошечку, а та — как хозяйка: маленькая, худенькая и на птичку похожа.
Роспотребнадзор бы весь персонал расстрелял за это: нельзя животным находиться в медицинском учреждении. Но перед смертью погладить свою кошечку очень нужно.
Стоит заметить ещё вот что. Врачи и медсёстры пермского хосписа свою работу делают без патетики.
Максим Савинов, заместитель главного врача пермского хосписа:
— Нет в нас никакого самопожертвования, это обычная работа. Вылечить наших подопечных нельзя, но качество жизни улучшить можно. Всего-то и надо — быть человечнее, чем в других местах. Держать за руку, разговаривать, называть по имени-отчеству. Может, это последний разговор в его жизни! Ну, и нельзя к пациентам привязываться, нетехнологично это, нельзя увеличивать счёт потерь. Но жизнь куда изощрённее инструкций и нормативов.
У доктора Василия Меньшенина висит в кабинете необычная вышивка — дама в шляпе. Это дочери ушедшей пациентки принесли и подарили, а ещё показали фотографии — какая мама была красивая в молодости. Если бы ей плохо тут было, разве они бы пришли?
Что вам ещё про пермский хоспис рассказать? Что болезнь — это лотерея. С каждым может случиться. И уж тут как повезёт. А вот если уж совсем не повезло, то на последнем рубеже хорошо бы знать, что называть будут по имени-отчеству, курить дадут, обезболят и кошечку разрешат свою принести. Как-то это жизнеутверждающе. Умирать-то всё равно придётся. Так устроена жизнь: смерть лишь часть её, закономерный итог.
